кланяясь, пожимали холодную мягкую руку.
Только недавно они презрительно отзывались об умственных способностях этого офицера-чиновника, исподтишка смеялись над его выпученными глазами, взъерошенными рыжими усами и длинной фигурой. Теперь они с почтением слушали громкий, уверенный генеральский голос.
—   Я подавил бунт и сурово наказал зачинщиков. Господа купцы, вы можете совершенно спокойно заниматься вашими делами.
—   Ваше превосходительство, чтобы эти беспорядки не повторялись, надо поискать корни их в Хиве среди сановников,—сказал Сыщеров.
Генерал с высоты своего роста, презрительно сощурившись, поглядел на приземистого кривоногого зятя Мешкова.
—   Кто вы  такой?
—  Зять Мешкова, Сыщеров, ваше превосходительство,— почтительно  кланяясь, ответил тот.
—  А-а, это у вас я был на свадьбе, помню, помню..,
Я выслал из Хивы двух ханских министров... Но главная причина волнения—это, конечно, реформы великого визиря, на этот счет я уже договорился